Годы:

Смешные истории:

НА ЛЕВОЙ ВЫСТАВКЕ ЗАМЕТКИ «НЕСПЕЦИАЛИСТА»

Н. МОСКВИН

— Ты сейчас свободен?

— Свободен. А что?

— Пойдем заглянем на выставку левых.

Вошли.

При входе я зацепил рукавом за какую-то жестяную трубу. Она со скрипом вздрогнула.

Мы невольно обернулись.

Перед нами было что-то темное, мрачное…

Хищный конус пронзал бок мирно спящего куба. Клубок жестяных труб, подобно удаву, предательски впился в ребро куба.

— Что это такое? — спросил я у своего друга-художника.

— Это? Это скульптура.

— Да что ты — какая же это скульптура?

— А что же, по-твоему?

— Да просто еще несобранная печка. Разве ты не видишь, вот сюда кладут дрова… вот труба… задвижка.

— А конус?

— Гм, конус… Возможно, это какой-нибудь усовершенствованный дымоход.

— Тебе нравится «Жница»?

— Где?

— А вот напротив.

— Ты серьезно уверен, что это жница? — спросил я.

— Ну, конечно, если женщина с серпом в руках стоит около ржи, то, вероятно, она жница. Но это неважно, лучше посмотри, как художник гениально разрешил стационарность фигуры. Ему нужно было изобразить фигуру, крепко и прочно стоящую на земле. Как же он это делает? А чрезвычайно просто: увеличивает ступню ноги в три раза. И вот эти две ступни у жницы, которые ты. вероятно, по простоте своей, принял за копыта носорога, на самом деле являются исходным пунктом к пониманию гениально выполненной задачи.

Дальше набрели на большое полотно с зеленым рабочим. Я хотел было тайком пройти мимо, но мой друг схватил меня за рукав.

clip_image002

— Подожди, осталась еще целая комната, самая интересная.

В комнате на стенах плясали цветные треугольники, тупо смотрели черные квадраты. Мы остановились перед небольшим полотном и тихо замерли.

На хорошо покрытой белой поверхности была приклеена конфектная бумажка; из-под нее кокетливо смотрел обрезок кружев; громадная пасть ножниц намеревалась проглотить бедную бумажку и кружева.

На куске ситца, приклеенного в углу картины, мы заметили иголку и великолепно написанную катушку ниток.

— Нравится?

— Как тебе сказать…

— Ну, ты, вероятно, не понял замысла этой картины. Видишь ли, гнилой реалист для того, чтоб изобразить портниху за работой, первым делом написал бы самое портниху, а затем иголки, нитки и прочее… Все это банально и неинтересно. А вот этот талантливый левый художник подходит к такому же сюжету смелее и красочнее. Ты видишь, самой портнихи нет, есть только ее «орудия производства». Пойми только, какая великая социальная мысль!.. Человек убит машиной. Личность растворилась в «орудиях производства» — ее нет. Вот эта конфектная бумажка, что ты видишь,— это слабость человеческая, последний крик умерщвленной личности.

Портниха съела конфекту — бумажка осталась на ее рабочем столе. Художник и налепил ее здесь, чтобы показать, что личность еще существует, но существует только в своей слабости…

У двери я опять зацепился за хищный конус. Он вздрогнул.