Годы:

Смешные истории:

КАК Я ПОЙМАЛ СУДАКА

Петр ДУДОЧКИН

 

Не скрою, люблю порыбачить. Особливо приятно помечтать о судаках, о тех самых судаках, которые у нас, вблизи устья Тверцы, до того славно ловились на живца — сердце радовалось. Недаром доктора советовали мне ходить на рыбалку!

А наш тверецкий судак — это не то что какой-нибудь другой судачишка. Наш в собственном жиру хорош. Положишь на сковородку — ни масла, ни помазка не надо: жарится и ничуть не пригорает.

Ловились! Было времечко! А с некоторых пор не ловятся, хоть белугой реви. Днюешь и ночуешь на берегу, а домой идешь без единой рыбешки. Настроение препаршивое, даже докторам перестаешь верить, что рыбная ловля — полезный отдых.

Сижу однажды на прибрежном камне, тоскую. Вдруг слышу: «О чем задумался, добрый молодец?»

Оглянулся — бородатый прохожий. Поведал ему свое горе.

— А той ли ты стежкой-дорожкой на рыбалку ходишь? — спросил прохожий.

— И раньше,— говорю,— этой тропкой хаживал. Прямопрямо бережком и вот сюда. Место так и называется — Судачий омут.

— Лет, мил человек,— возразил бородач,— отныне твоя дорога другая: не прямо-прямо бережком, а с поворотом- заворотом.

— С каким таким поворотом-заворотом?

— Нынешняя дорога на рыбалку идет через кабинет Ков- рижкина.

Вот-те, думаю, загадка! Смеется старик, что ли?

А секрет оказался проще простого. Товарищ Коврижкин, тот самый Коврижкин, который директорствует на механическом заводе, распорядился все жидкие отходы своего производства спускать прямо в речку неподалеку от Судачьего омута. А судаки — что они за дураки плавать в вонючих местах. Им чистую воду подавай. Вот и перебазировались куда-то всем судачьим сословием.

— Бери на абордаж и атакуй Коврижкина! — повелел бородач.— Другого выхода нет!

Пришлось проситься на прием к Коврижкину.

Принял. Усадил в кожаное кресло.

— Почему,— спрашиваю,— вонь в Тверце?

Директор, худенький, дробненький, но важный, глянул исподлобья и насмешливо-удивленно спросил:

— А разве она на территории моего завода?

— Кто? — не понял я.— Вонь?

— Не вонь, а Тверца.

Он кивнул в окно.

— Территория завода — полюбуйтесь — огорожена честь по чести. Никакой Тверцы тут нет. А значит, за нее в ответе не директор, а кто-то еще.

— Она,— говорю, — общенародная. Куда это годится, судаки ушли.

— Кто ушел?

— Судаки! Понимаете, су-да-ки!

Директор пожал узкими плечами.

— Мой,— говорит,— завод механический, и никакими судаками я не ведаю. Могу показать промфинплан — там про них ни слова.

— Судаки,— объясняю,— общенародные, но.,.

Товарищ Коврижкин и слушать не захотел. Хлопнул ладошкой по столу и властным тенорком заявил:

— Раз общенародное, идите к городским властям. Территория, где Тверца с судаками, подчинена — да будет вам известно — горсовету. Вот если найдете беспорядки на заводской территории, головой отвечаю. А то, что за воротами, извините, мне неподвластно. До свидания! Привет судакам!

Несолоно хлебавши вышел я из коврижкинсжого кабинета и скрепя сердце поплелся на рыбалку.

И снова встретил там бородача.

— Был,— спрашивает он,— у Коврижкина?

— Был,— отвечаю. И поведал про все, как побывал и что из этого получилось.

— Что ж, ничего удивительного,— рассудил мой новый знакомый.— Коврижкин — особого склада директор, узковедомственной породы. Не случайно почти четверть века в одном кресле.

И рассказал старик все, что знал. Свой завод и свое ведомство Коврижкин любит пуще всего на свете. Только свой завод, только свое ведомство. Упаси бог, увидит, что где-нибудь на территории завода валяется битая шестерня, шуму не оберешься. Несколько дней подряд будет говорить про недооценку металлолома, который ждут мартены, сделает злосчастную шестерню предметом обсуждения во всех цехах, во всех отделах. Но будь за воротами не шестерня, а железная гора, пройдет мимо в самом чинном спокойствии.

Извинившись перед собеседником, я признался, что будет лучше, если вести речь не про Коврижкина, а про судаков: где их ловить?

Ответ был прежний:

— Дорога на рыбалку проходит через кабинет Коврижкина.

Старик сообщил, что кому-кому, а ему, лаборанту треста «Канализационная труба», досконально известно, как ловить судаков на том самом месте, где их уже нет.

— Скажите, как? — вскрикнул я.

— Весь секрет вот в этой бумажке,— таинственно заметил лаборант и подал мне листок, озаглавленный скучными, отнюдь не рыбацкими словами: «Анализ сточных вод механического завода».

Сперва я опешил, а потом понял. Понял и сказал твердо:

— Теперь ясно. Теперь добьюсь толку!

Обрадованный, что наконец-таки мне удастся поймать

судака, я через два часа уже снова был в кабинете товарища Коврижкина.

Встретил он меня неприветливо.

— Опять,— говорит,— со своими судаками пришли?

— Нет, нет,— отвечаю,— пришел без судаков.

— Ас чем же?

— С предложением. С рационализаторским!

Хозяин кабинета повеселел.

— А это самое рацпредложение на моем заводе приемлемо?

— А как же! Именно для вашего завода!

Разговор оживился.

— Годовая экономия? — нетерпеливо спросил директор.

— Гигантская!—уверенно выпалил я.— Не поддается подсчету!

— Да неужели? — радостно воскликнул Коврижкин. Сияющий, он вышел из-за стола, сел рядом со мной и, учтиво положив свои теплые ладошки на дрожащие мои колени, прошептал:— Ну, дорогуша, слушаю. Говорите же скорее, не томите!

— Ваш завод,— вкрадчиво заметил я,— может иметь то, что у вас дефицитно.

— Что именно?

— Все вот это, что к списке.

Я подал бумагу.

Директор даже привскочил.

— Да ну?

Коврижкин недоверчиво посмотрел на меня и потребовал расчеты, но я, прежде чем конкретно перейти к делу, взял от своего собеседника твердое директорское слово, что, если расчеты правильны, он незамедлительно внедрит в производство мое рацпредложение.

— Неизвестно по чьей вине,— начал я,— ваш замечательный завод и ваше ведомство терпят колоссальные убытки: вместе с отбросами в сточных водах с территории завода каждодневно уплывают из цехов тонны ценных веществ. Вот полюбуйтесь, точные анализы!

Директора прошиб пот.

В тот же день он самолично взял пробу в канализационной трубе, самолично сделал лабораторный анализ и самолично поблагодарил меня, пообещав солидную премию.

Вскоре на территории завода появились какие-то новые сооружения — всевозможные отстойники, насосные станции, лаборатории. В реке — ни одного грамма отбросов: с ними что-то делают и куда-то девают прямо на заводской территории.

Спасибо врачам. Это они вмешались, помогли.

И, представьте себе, судаки вновь заселили свой Судачий омут.

Можете меня поздравить: поймал судака. Да еще какого! Ведь наш тверецкий судак — это не то, что какой-нибудь другой судачишка. Наш в собственном жиру хорош. Объедение!

Вот, говорят, плохо, если у директора завода узковедомственный подход к делу. А я благодаря этому распроклятому узковедомственному подходу судака поймал. Чего и вам желаю! Вот сами поймаете, как я, судака, поймете, что такое хорошее настроение рыболова!

Недаром же доктора говорят, что рыбная ловля — полезнейший отдых!